ПЕТЕРБУРГСКИМ СТРОИТЕЛЯМ РАЗРЕШИЛИ РАБОТАТЬ

Смольный разрешил работу строительным организациям во время корона-вирусных каникул в апреле при соблюдении установленных требований. Так, компании должны сообщить число работающих и неработающих в Комитет по промышленной политике, инновациям и…
Подробнее…

Снесут последнюю из трех труб прядильно-ниточного комбината на Синопской набережной

Причина — необратимое аварийное состояние. Ответственность за принятое решение взял на себя директор комбината, рассудивший, что человеческие жизни дороже памятника архитектуры. Вслед за трубами, названными «Вера» и «Надежда», вполне символически исчезнет и третья — «Любовь».

«Я очень люблю свой город, но есть какой-то предел, за который нельзя переступать, — объяснял журналистам генеральный директор Прядильно-ниточного комбината имени Кирова Вячеслав Мартынов. — Речь идет об угрозе жизни людей. Как только мы получим заключение экспертизы, видимо, придется принять решение о сносе».

По данным технической экспертизы, труба находится в аварийном состоянии: сквозные трещины, разрушаются бандажные кольца, рушатся кирпичи. В критическом состоянии находится и чугунный оголовок, весящий 4 тонны. Отклонение от вертикали составляет 350 миллиметров, труба кренится в сторону Синопской набережной. По сравнению с 2007 годом, когда проводилась предыдущая экспертиза, угол наклона увеличился на 50 миллиметров.

«Мы пытались ее сохранить столько, сколько могли, — объясняет Мартынов. — Мы выполнили все предписания экспертизы, провели все рекомендованные ремонтные работы, заделали трещины. Но все оказалось бесполезно. Можно было бы, наверное, протянуть еще какое-то время, укреплять кирпичную кладку, восстанавливать кольца. но что делать с оголовком, мы не знаем. А если эти 4 тонны рухнут кому-нибудь на голову, то отвечать буду я как руководитель завода. Я такой грех брать на душу не могу».

Как поясняет Мартынов, разрушения начались в 1997 году — во время реконструкции Синопской набережной. В тот же год руководство комбината заказало техническую экспертизу, из которой следовало, что две трубы из трех находятся в предаварийном состоянии, а третья, называвшаяся «Вера», в аварийном. Был предписан комплекс мер по спасению памятника, и, как заверяют на комбинате, все необходимые работы были выполнены в полном объеме.

Вторую экспертизу провели в 2002 году. Результаты оказались неутешительны: на сей раз в аварийном состоянии оказались уже две трубы — «Вера» и «Надежда». Процесс повторился — были рекомендованы меры по спасению, их выполнили, и трубы продержались еще 5 лет. Однако экспертиза 2007 года показала — «Веру» спасти не удастся, крен достиг критической величины. Близка оказалась к состоянию необратимой аварийности и «Надежда».

Обе трубы входили в список вновь выявленных объектов культурного наследия. Но в 2008 году КГИОП, согласившись с доводами экспертиз, выдал разрешение на их снос. В течение 2008-2099 годов «Веру» и «Надежду» демонтировали. Третья, пока еще существующая «Любовь», не состоит под охраной КГИОП и, соответственно, для ее демонтажа никаких разрешений не требуется. Тем не менее, как объясняет Мартынов, решение о демонтаже руководство комбината не принимало почти два года. «Мы все-таки пытались сохранить памятник», — объясняет он.

Снос вызвал волну возмущения со стороны защитников культурного наследия. По мнению специалистов ВООПИиК, для сохранения памятника были использованы далеко не все существующие возможности. «Существуют различные способы укрепления, реставрации и консервации подобных сооружений. Они требуют лишь определенных затрат», — недоумевает сопредседатель петербургского отделения ВООПИиК Маргарита Штиглиц.

С другой стороны, работы по демонтажу обошлись комбинату в немалую сумму. На снос «Веры» было затрачено около 1,5 миллионов рублей, «Надежды» — около 2 миллионов. Разборка «Любви» будет стоить, по самым скромным подсчетам, не меньше 3 миллионов. «Причем мы еще не знаем, как нам быть с оголовком, — признается Мартынов. — Он состоит из четырех частей, скрепленных между собой, причем какова эта конструкция, как они соединены, неизвестно. Архивов не сохранилось. Возможно, если не справятся промышленные альпинисты, то придется обращаться за помощью к авиаторам — тогда демонтаж будет еще дороже». Поэтому не исключено, что если бы у руководства ПНК была возможность применить существующие методы консервации для труб Невской мануфактуры, то, скорее всего, сноса постарались бы избежать.

Упрекать руководство ПНК в халатном отношении к памятнику язык также не поворачивается. Здание не приобретено на торгах, а досталось по наследству. В советское время заводские цеха были успешно доведены до состояния полуразрухи. Ответственность за разрушение труб, по-видимому, лежит в первую очередь на тех, кто проводил работы по реконструкции Синопской набережной, не предусмотрев всех возможных последствий. Однако 1997 год пришелся на период послабления в действии законодательства по вопросу работ в охранной зоне.

Справка

Три знаменитые трубы прядильно-ниточного комбината имени Кирова (ранее — Невская бумагопрядильная фабрика барона Людвига Штиглица) всегда считались символом фабричного Петербурга. У них были собственные имена — Вера, Надежда и Любовь, в соответствии с названиями паровых котлов, обеспечивавших энергией одно из крупнейших предприятий России.

Невская мануфактура была основана в 1833 году. Основной корпус, существующий и сегодня, возведен по проекту архитектора П. С. Купинского в 1888 году и надстроен в 1892 году Л.Л. Петерсеном. Самое позднее сооружение комплекса — Вторая Прядильная фабрика (арх. Л. Л. Петерсен, 1895 г.). Три разновысокие трубы, построенные в 80-х годах XIX века считались не только памятником архитектуры, но и памятником истории техники.

В 50-х годах XX века Прядильно-ниточный комбинат был переведен на централизованное теплоснабжение и подключен к ТЭЦ-2. С этого времени трубы не эксплуатировались, что, как подтверждают данные многочисленных экспертиз, на пользу сооружениям не пошло.

Елена Алексеева, Фонтанка.ру